Официальный сайт поэта Дронникова Виктора Петровича

Сборник стихов "На птичьих кругах", 2001 г.

Главная » Книги поэта » Сборник стихов "На птичьих кругах", 2001 г.

kniga "na ptichih krugah"

 

 

 

                             ***
 
Бабочка в комнату тихо впорхнула
И заметалась в окне.
Ты на плече моем чутко вздохнула,
Что-то увидев во сне.
 
Странною мне показалась квартира.
Кто мы, откуда, куда?
Может, и мы из какого-то мира
Вдруг залетели сюда?
 
Спи, моя милая, я не нарушу
Сон золотой стороны.
Разве удержат летящую душу
Эти четыре стены?


 

 

                  ***
 
                                 Посвящается
                                 Владимиру Соколову
     

Не нахожу покоя днями,
Когда валится шумный лист.
Как хорошо над зеленями
Ломается щеглиный свист.
Легко, как музыки завеса,
Везде, где свет отягощен:
Над голым шумом сада, леса
Висит прозрачно птичий звон.
Стоишь и слушаешь, о Боже,
Себя, свой голос узнаешь.
Как это пение похоже
На все, что завтра ты споешь.
Споешь ли? Мечется душа.
Предвестье счастья или муки
То мимолетный стон чижа,
То снегиря грудные звуки,
И вдруг поймешь само собой —
Ты этим пением закован.
Твоя в нем песня и покой —
Теперь иди, ищи покоя.
И голову склоняя ниц,
Одно лишь скажешь в оправданье:
Есть в пении осенних птиц
Щемящее очарованье...

 
 
 
   
               ШУМ
 
Темнеет ясно, как светает,
Как будто посторонний звук
Все налетает, налетает,
И зренье переходит в слух.
 
Волна отхлынувшего жара
Листву заденет. И угрюм,
Как от незримого удара,
В деревьях зародится шум.
 
Сначала легкий, бестелесный,
Еще ничем не напряжен.
Потом с натугою железной
Он вырвется тяжеловесный,
Как из тоннеля эшелон.
 
И под всполошныи крик вороний
Вершинами шатнется бор,
Как будто разум посторонний
Влетел в чужой ему простор.

 
 
 
 
 
            КРЕСТИК
 
                      Памяти поэта и друга 

        
                 Анатолия  Дрожжина
 
 
Не говорите — был и нету,
Что жизнь была к нему строга
Его душа ушла по свету
Искать иные берега.
  
Я возле праха дорогого
Шепчу, как клятву на гробах,
Что мы найдем один другого
На тех цветущих берегах.
 
Я подойду к нему, как вестник...
И он, забывший прошлый путь,
На мне узнает светлый крестик,
Который сам надел на грудь





               СКАЗКА

Стали сказки родные глуше.
С Василисой живет Кащей.
Я одну расскажу, послушай,
Было это в Стране вещей.


Как-то вышел Иван из леса,
Бородатый и весь в мелу.

-  Бес твой дома?
-  Да нету беса.
-  Василиса, отдай стрелу.

Василиса как скорчит рожу,
Что Иван от тоски засох.

-  Ты сначала верни мне кожу,
Ту, которую в печке сжег.

Посмотри на себя, зеленый,
Вижу, нищего стал нищей.
Из твоей золотой каленой
Зубы вставил себе Кащей.

У Ивана вся злость прокисла.
И пошел он куда-то вбок.
А прекрасная Василиса
Дождик сматывала в клубок.


                     ***

                                             Валерию Ганичеву

В пустом саду и весело и странно,
Сыреет воздух чутко-голубой.
И тени слабые волнуют постоянно
Еще не устоявшийся покой.


Деревья, обворованные ветром,
Вытягиваются в синеву,
За каплей каплю тающего света
Роняют на потухшую листву.

И хочется пустить по листьям грабли.
В последнем блеске солнца и тепла
Собрать в ладонь тускнеющие капли,
Как крошки с деревянного стола.

  

 

 

 

                          ПИСЬМО

Застигнутый вьюгой, я в дверь постучал,
Открыл, не дождавшись ответа.
Вошел и увидел - горела свеча
Пред образом тусклого света.


Молилась старуха. Замшелая тьма
Струила лампадную копоть.
Я слушал, как тайну чужого письма,
Горячий молитвенный шепот.


- Еще опишу тебе, Гриша, о том,
Чтоб ты воевал без заботы,
Сказали, что скоро подправят мне дом.
Соседка купила мне боты.


Я был потрясен этой речью простой,
Один из ночных постояльцев.
А тот, кто привел меня к ней на постой, -
Крутнул выразительно пальцем.


Сдавило мне горло и сердце само
За эту согбенную спину.
Седая старуха молитву-письмо
Слагала погибшему сыну.


Все пишет и пишет ему на войну
Печальница божьего света.
Но нету ответа в ее сторону,
И нет ниоткуда привета.


И некому старость утешить ее.
Есть адрес, но нет письмоносца.
На темной иконе светилось копье
Георгия Победоносца!


Свечу задувало. Темнело в углу.
За окнами выло и выло.
Я вышел, я выбежал в снежную мглу,
И вьюга меня подхватила.

Россия, так кто же тогда не забыт,
Так что же тогда не забыто,
Коль русская мать на коленях стоит
Среди разоренного быта?




               СИРЕНЬ


Старый сад - как душистая тайна,
Стоит только взглянуть на сирень...
Кружит голову мне не случайно
От сирени воздушная тень.

Стоит только прижаться к сирени –
Разрастается сердце, как сад.
Я-то знаю, что люди и тени
На одном языке говорят.


Здесь у этой сирени когда-то
Я стоял, как стоит тишина.
Тень моя из вечернего сада
До ее доставала окна.


Не одну здесь оттиснул подковку,
Чтобы видеть сквозь радостный страх,
Как она наклоняла головку,
Как держала заколки в губах.

Это правда, что люди и тени
На одном языке говорят.
Лишь на шаг отступлю от сирени –
Осыпается сердце, как сад.



          СО СТОРОНЫ


                                                    Николаю Силаеву

Мне хорошо - мне одиноко!
Весь мир вокруг такой живой.
И все несносное далёко,
И все любимое со мной.


Поет пчела над медогонкой,
Звенит соседская пила.
И пахнет гарью тонкой-тонкой
Дымарь на краешке стола.


Над крышей флюгер строит рожки,
Блестит чердачное стекло.
Крыльцо, калитка, в сад дорожки,
Скамейка узкая, дупло.


И вдруг опомнюсь, неприкаян,
От подступающей вины,
Что я здесь гость, а не хозяин,
Что это взгляд со стороны.



                ВСТРЕЧА


Меня вчера собака пожалела,
Зализывая ранку на руке,
И что-то очень важное хотела
Сказать мне на собачьем языке.


Обычная, бездомная дворняга,
В глазах ни искры жадного огня.
Кусочек хлеба съела, бедолага,
Достоинство природное храня.


Ни хитрости, ни рабского вилянья,
Как у других, изнеженных в тепле.
Мне стало стыдно вдруг за подаянье.
Мы равны с нею матери-земле.


Прозрение иль светлая минута,
Иль памяти зеркальная слеза?
Ах, нищенка, бездомница, откуда
Твои такие чистые глаза?


Я помню их, почти что человечьи,
Я где-то их не раз уже встречал.
С природою таинственные встречи
Я с детства за собою замечал.

Я чувствую, все чаще год от года,
Тревожась о деяниях живых,
К нам шлет послов творящая природа
В земных и вечных образах своих.

За тем, как мы величием болеем, -
Природа смотрит в миллионы глаз.
Нам кажется, что мы ее жалеем,
А может быть, она жалеет нас!

     

     ОДИНОЧЕСТВО

 

 

     
Боже мой, как беден мир
Человеческого круга.
Мы выходим из квартир,
Натыкаясь друг на друга.


Сатанинская игра,

Где одни для всех законы, -
Эти выгоны с утра
И вечерние загоны.

Гуртовое бытие -

Не отстать, не помолиться...
Одиночество мое,
Я хочу остановиться.

Посидеть у тростника,

В тишине расслышать Бога...
Одинокая река,
Мне с тобой не одиноко.


                       ***

Мы думаем, что жизнь мудрее нас,
И так живем, как будто напоказ.
А жизнь не так мудрее нас, как проще,
Живет снегами, солнцем и дождем.
Она проста, как этот воздух в роще:
Мы дышим им, не думая о нем.



         ГРАНИЦА


Облака плывут, как души,
Кем опустятся с небес?
Хорошо стоять и слушать
Ветер, птиц и снова лес...
Можно лечь в траву и лежа
Думать, что ты есть и кто.
Никого здесь не тревожа,
Не вонзаясь ни во что.
Кто, чего, откуда тащит,
Отрешаясь от всего...
Муравей глаза таращит,
Ты таращишь на него.
Божий мир еще творится...
Этот воздух голубой
Как последняя граница
Между Богом и тобой.